Вы вошли как Гость | Гости

Материалы

Главная » Материалы » The Witcher » Она и прочие неприятности

Она и прочие неприятности. Глава 12, или Цветы жизни. Часть 2

Автор: Calypso_ | Источник
Фандом: The Witcher
Жанр:
Юмор, Фэнтези, Фемслэш, Ангст, Драма, Гет


Статус: в работе
Копирование: с разрешения автора

— Гвен, — меня настойчиво подергали за юбку, и я посмотрела вниз.

— Что случилось?

— Вчера ты не успела рассказать мне историю про Бильбо до конца.

— Правда? И на чем я остановилась?

— Гномы попали в плен к королю эльфов! — с готовностью подсказал мальчик.

— Ага… — я с опаской глянула сначала на идущего прямо перед нами и возглавляющего процессию Иорвета, а затем и на идущую сзади эльфку, которую, как я выяснила, звали Даэр. — Стало быть Торин и остальные двенадцать гномов попали в плен к королю лесных эльфов, а Бильбо, успевший вовремя надеть на палец кольцо и стать невидимым, незаметно прошмыгнул в замок короля, чтобы спасти друзей…

***

— … Бильбо очнулся на следующий день и, осмотревшись, понял, что войско гоблинов было разгромлено. Он направился в лагерь, где и встретил Гендальфа.

— И все? — сзади послышался неожиданно тихий голос Даэр. — Что за история, где никто в конце не умирает?

— Хорошие герои не должны умирать! — подал голос Арвин.

— Но они все равно умирают. Во всех хороших историях, — возразила эльфка.

— Это еще не все, — заверила я. — Гендальф сказал, что Бильбо хочет видеть Торин, и отвел хоббита к его палатке. Бильбо зашел внутрь и понял, что Король-под-Горой умирает от полученных в бою ран.

Сбоку послышалось возмущенное сопение Арвина.

— Он позвал к себе Бильбо, чтобы попросить у того прощения и проститься с храбрым хоббитом. Когда король все же умер, опечаленный Бильбо долго плакал, а потом уснул. Несколько дней спустя он отправился домой, в Шир, не забыв, само собой, по дороге выкопать и прихватить с собой сундук с сокровищами троллей. Вот теперь конец.

— Хорошая история, — через некоторое время вынесла вердикт Даэр. — Хоть и жаль короля.

— Ты ведь сама хотела, чтобы кто-нибудь умер, — я глянула на нее через плечо.

— Я не хотела. Я просто сказала, что во всех хороших историях кто-то из героев обязательно умирает.
 
Я согласно кивнула и едва не впечаталась в резко остановившегося Иорвета.

— Que'ss aen? — тихо спросил один из идущих сзади эльфов. Поравнявшаяся со мной Даэр напряглась и опустила руки на рукояти кинжалов.

— Ziheal? Said le.
 
Все замерли, внимательно прислушиваясь. Я тоже попыталась, но сообразив, что слух эльфов несравнимо лучше моего, бросила эту затею и, взяв пример с чернобородого краснолюда, просто попыталась не издавать лишних шорохов.

— Yea, — наконец кивнул один из скоя'таэлей, удивительно коротко стриженный для эльфа.

— Ziheal, — шепнула Даэр.

— Застанем их врасплох. Одо, останься здесь.

— Это еще с чего? — возмущенно зашептал краснолюд.

— Не глупи, здоровяк, — Даэр откинула волосы назад. — Твой топот убьет весь эффект неожиданности. А еще за мальчишкой и медичкой нужно присмотреть.

— Верно, — Иорвет кивнул. — С нами они дальше не пойдут, а мы не знаем, все ли лесники сейчас вместе. Возможно, кто-то из них сейчас шатается по лесу рядом с лагерем.

— Или у них где-нибудь разведчики, — добавил стриженный.

— Нет, — Иорвет сплюнул. — Эти скоты лишком тупы для таких предосторожностей. А вчера они убили нескольких Aen Seidhe. Наверняка отмечают…
 
Я почувствовала, как при этих словах Арвин сжался.

Иорвет задумчиво обвел всех взглядом и махнул рукой:

— Идем.

Считанные мгновения и никого из них я уже не могла различить среди листвы. Вот и нифига себе…

Краснолюд плюхнулся на ствол давно поваленного дерева. Выудив из кармана точильный камень, принялся затачивать лезвие секиры, изредка проверяя его пальцем и бормоча что-то про излишне самоуверенных сидхов, недооценивающих другие старшие расы.

Рассудив, что пытаться завязать разговор тут бессмысленно, я огляделась по сторонам. Лес как лес. Эльфенок затих и, вспомнив, с какими воспоминаниями у него связаны эти места, я передумала его окликать. Минуты тянулись мучительно долго. Арвин тоскливо уставился на носки своих ботинок. Звук скрежещущего по металлу камня отдавался в мозгу.
 
Я попыталась отвлечься, и внимательно уставилась в чащу. Вряд ли я услышу звуки сражения, да и, скорее всего, оно еще не началось.

Внезапно пришедшая в голову мысль едва не заставила меня подпрыгнуть на месте. В следующую секунду пришло легкое отрезвление, понимание того, что это, вероятнее всего невозможно. Но попытка не пытка, и надежда должна оставаться всегда.

— Арвин.

Эльфенок поднял на меня огромные синие глаза.

— Ты наверно хочешь забыть об этом навсегда, но можно я спрошу?
 
Он немного помедлил, но все же кивнул.

— На вас ведь напали здесь неподалеку?

— Да.

— Ты помнишь где? Сможешь показать?

— Наверно смогу… Зачем тебе это?

— Понимаешь… Вдруг кто-то все же выжил и теперь ждет помощи? А тела убитых… Нужно их похоронить.

— Ты же худая и слабая, как ты будешь их хоронить? — мальчик явно не разделял моего энтузиазма по поводу выживших.

— Ну не я буду. Но их нужно найти. Покажешь?

— Попробую…
 
Я повернулась к все еще сидящему на стволе краснолюду.

— Господин краснолюд…

— Нет здесь господ, — прервал он. — Я Одо.

— Ладно. Одо, вы с нами не сходите поискать выживших?

Несколько секунд краснолюд сверлил меня взглядом пронзительных черных глаз.

— Чего не сходить? — наконец изрек он. — Раз уж Берте сегодня не судьба обагриться кровью ублюдков-лесников, так хоть может какой вшивый накер ей перепадет.

— Берта?

— Ага, — краснолюд гордо закинул здоровенную секиру на плечо. — Теперь таких уже не куют!

***

— Мне кажется, за теми кустами, — выдавил Арвин, махнув в сторону зарослей дрожащей рукой.

— Спасибо, — я с трудом сглотнула, живо представив, что меня там ожидает. — Останьтесь здесь, ладно?

— А ежели там страховидло какое-нибудь трупоедное? — тут же поинтересовался Одо.

— Я закричу, — заверила его я, пряча дрожащие еще сильнее, чем у эльфенка, руки за спину. — Громко закричу.

Краснолюд недоверчиво прищурился, но все же кивнул.

— Так и быть. Но мы тут рядом.

— Гвен… А папа правда еще может быть жив?

— Ну конечно, — я с трудом сглотнула вставший в горле ком. — Все будет хорошо.

Поняв, что еще немного, и я не выдержу и сбегу, я ринулась в кусты.

— Э, парень, ты реветь-то не вздумай. Мужик же! — донесся мне вслед бас краснолюда.

Вырвавшись из цепких веток, я замерла на месте и всеми силами заставила себя открыть глаза.

Сначала я увидела лишь заросшую высокой травой поляну, а потом, присмотревшись, поняла, что чуть дальше эта трава сильно примята.

Первое тело лежало в слишком уж неестественной позе, чтобы его обладатель оказался живым. По словам Арвина, трупов здесь должно было быть восемь. Вытерев вспотевшие руки о юбку, я огляделась. Еще двое лежали неподалеку вплотную друг к другу. Четвертый лежал спиной вверх, земля под его вытянутой окровавленной рукой была разрыта. Видимо, он пытался уползти и спастись.

Пытаясь побороть приступ головокружения, я прошла чуть дальше. Должно быть еще четверо. Где же они?
 
Я остановилась у двух лежащих рядом эльфов. Неподалеку валялись их мечи. Мечи, которые не помогли им спастись…

Осторожно присев у ближнего ко мне тела, я легко коснулась его лица дрожащей рукой, закрывая широко распахнутые глаза. Внутри бушевал ураган. Ненависти, наверно.
 
За что? За что их всех убили? За что они оставили сиротой маленького невинного ребенка? За иную форму ушей?
 
Я вздрогнула, вдруг поняв, что именно сразу показалось мне странным. Уши. Боже…
 
У каждого трупа вместо ушей зияли кровавые раны. У кого-то они были прикрыты волосами, но все же видны.
 
В кустах что-то шевельнулось. Недолго думая, я ухватила меч одного из убитых эльфов, оказавшийся неожиданно тяжелым для моей руки, и поднялась.

— Кто здесь?
 
Из веток послышалось что-то отдаленно напоминающее сдавленный всхлип. Неужели кто-то все же выжил?

— Выходи.

Реакции не последовало. Немного подумав, я отбросила оружие в сторону и сделала шаг вперед.

— Выходи, я тебя не обижу. Я пришла помочь.

— D'hoine не помогают, они только убивают и разрушают, — прорыдали кусты.

— Я из Вергена. Вы ведь в Верген шли? Я отведу тебя туда.

— Нет, нет! Не подходи! Не подходи ко мне!

— Все хорошо, я друг. Я пришла сюда с отрядом Aen Seidhe, они скоро придут сюда. Ты ранена? Дай мне тебя осмотреть…

— Я не верю тебе! Нет!
 
Я растеряно замерла.

— Они убили, убили всех! Дева… Всех!

Воспользовавшись моментом, когда невидимая собеседница отвлеклась, я присела и резко раздвинула кусты.

— Нет!

Худенькая миниатюрная эльфка в ужасе закрыла лицо руками.

— Не трогай меня! Не трогай меня, d'hoine!

— Ну посмотри же, я безоружна! И смотри, у меня есть бинты и прочая лабуда. Я врач.
 
Она слегка опустила руки, демонстрируя заплаканные голубые глаза.

— Ты не с ними? Ты не из этих чудовищ?

— Нет, нет. Я из Вергена. Друг. Эльфка вновь всхлипнула.

— Возьми меня за руку, давай, я помогу встать.

— Они там, — прошептала она, все же протягивая мне узкую ладонь. — Они все там лежат!

— Не смотри на них. Просто не смотри, мы сейчас уйдем отсюда.

Свободной рукой я раздвинула ветки, помогая ей выбраться.

— О боже…

Выпрямившись, девушка громко шмыгнула носом и, стремясь защитить, положила руки на большой круглый живот.

— Я шла к сестре, — прошептала она. — Думала, у нее мы будем в безопасности…
 
Я сжала кулаки так, что побелели костяшки. Надеюсь, Иорвет и остальные эльфы убьют всех лесников сразу, а не возьмут их в плен, потому что иначе я просто не могу за себя ручаться…

Эльфка посмотрела на два распростершихся на земле тела. Ее полные губы вновь задрожали.

— Тихо, — я осторожно обняла ее, выгнувшись, чтобы не надавить на живот. — Как тебя зовут?

— Нимиэль… Ним.

— А я Гвен. Все хорошо, Ним, я с тобой.
 
Как же много говорят о эльфийской холодности, гордости. Говорят, говорят…
 
Я погладила дрожащую девушку по спине.
 
А что на самом деле? Они такие же, как и мы. Так же боятся, так же страдают, теряя кого-то… Так есть ли разница между нами? Разница, за которую стоит убивать, нести им боль и страдания. Люди винят нелюдей из-за скоя'таэльских отрядов, бесчинствующих в лесах, но если их на это сподвигли такие мрази, как эти лесники, то виноваты ли они вообще? Разве если бы так поступали со мной и мне подобными, то я просто терпела бы это? Разве терпели бы те животные, что учинили эту резню?

Нимиэль вздрогнула и, отстранившись от меня, попятилась назад.

— В чем дело?

— Он… Мне показалось, он шевелился…

— Шевелился?! Нимиэль, умоляю, не надо рожать сейчас!

— Рожать? — она удивленно подняла на меня глаза. — Сейчас?
 
Я облегченно выдохнула. Так она не про ребенка говорила. Но постойте…

— Ой, — девушка вздрогнула и сжалась. — Опять. Он живой?
 
Я развернулась в направлении, куда указывал ее палец. Взгляд уперся в тех самых двух лежащих рядом эльфов. Сглотнув вязкую слюну, я в который раз переборола себя и шагнула к ним. Один из эльфов, которому я перед этим закрыла уставленные в небо глаза, несомненно был мертв. А вот второй…
 
Я подошла к нему, обойдя труп его товарища, и осторожно присела. Залитое кровью лицо почти полностью скрывали спутанные, слипшиеся волосы, но я вполне могла видеть один глаз. И еще, как едва заметно задвигалось глазное яблоко под веком.
 
С неожиданной решительностью я повернула его голову на бок. Так и есть, на затылке под волосами обнаружилась покрытая коркой засохшей крови рана. Я в который раз мысленно похвалила сама себя за то, что боюсь крови только в виде жидкости.
 
Ним неуверенно приблизилась ко мне, теребя кончик длинной бронзовой косы, хоть и остановилась на некотором расстоянии.

— Что с ним?

— Живой… По голове хорошо приложили, но череп не проломили, жить будет.

— Laitale Dana… Ты поможешь ему?

— Конечно…

Мужчина тихо захрипел и дернулся.

— Ilqua mae, — эльфка присела рядом и осторожно погладила его по волосам. — Te inne varnasse.

— У меня во фляге вода, я промою рану, а ты подержи ему голову, хорошо?

— Tancave.

— Hanta, — припомнила я.

Подняв все волосы эльфа наверх, я зубами выдернула пробку из фляги.

— Дева… — Ним тихо вскрикнула. — Его уши…
 
Я с трудом сглотнула. Если я хорошо обработаю раны, то он выживет. А вот эти шрамы останутся навсегда. Словно немое напоминание о бессмысленной человеческой ненависти и жестокости…

Фляга была небольшой и воды в себя вмещала соответственно, поэтому расходовать ее следовало экономно. Тонкой струйкой выливая жидкость на рану, я осторожно терла корку. Уже прошедшая этот процесс и стекающая на землю вода имела светло-розовый цвет. Мужчина слегка дернулся, когда я нажала слишком сильно, и Ним вновь зашептала что-то на Старшей речи. У нее был очень приятный голос, успокаивающий заодно и меня, хоть я и не могла разобрать ни одного слова.

Убедившись, что в ране больше нет земли и прочих инородных субстанций, я покопалась в маленькой висящей на поясе сумочке. Купленные у уже знакомого лекаря моточек шелковых ниток и тонкая кривая игла, воткнутая в него, обнаружились почти сразу. Вытащив все нужные приспособления наружу, я быстро продела нить в игольное ушко и, глубоко вдохнув, принялась за дело. Прежде мне доводилось видеть этот процесс только со стороны, ну или же на картинке в учебнике. Но, кажется, все шло хорошо. Стежок за стежком. Я отреза̀ ла нитку крохотными ножницами, чтобы тут же взяться за новый шов. Эльф вновь провалился в забытье и перестал дергаться. Тыльной стороной ладони я стерла выступивший на лбу пот и продолжила дело. Стежок, за ним еще один… И еще, теперь уже последний.
 
В последний раз обрезав нитку, я не без гордости осмотрела свое шитье. Нет, школьная учительница труда определенно может мною гордиться…

— Ну ты даешь, медичка.
 
Я вздрогнула и обернулась, чтобы встретиться взглядом с темно-серыми глазами Даэр.

— Я говорил тебе оставаться с Одо и мальчиком на том самом месте, говорил, — единственный глаз Иорвета не предвещал ничего хорошего. Пока он не обратил внимание на испуганную Ним, сидящую рядом со мной. И на распростершегося на земле эльфа.

— Выжившие? — внезапно охрипшим голосом спросил он. — Мы думали, их не осталось.

— Здесь трое мертвых, вот этот без сознания, но жив, они приняли его за труп и не добили. А это Ним, она успела спрятаться. Но… их ведь должно быть восемь…

— Троих забрали… — прошептала Нимиэль.

— Две женщины и мужчина, — кивнул Иорвет, и прочие члены отряда тут же посмурнели. — Одна женщина уже была убита, когда мы напали, а вторую как раз насиловал один из этих ублюдков. Он перерезал ей горло, когда увидел нас…
 
Ним снова всхлипнула.

— А мужчина, — я с какой-то жалобной надеждой посмотрела на лидера скоя'таэлей. — Он выжил?
 
Я практически кожей ощутила то усилие, которое он проделал над собой, прежде чем вновь заговорить.

— Оскопили и сняли скальп. Мы нашли его подвешенным на дереве за руки. Они использовали его как мишень для метания кинжалов, пока он умирал от боли и потери крови. И ни один кинжал не попал в цель…

— Пьяные твари, — прошипела Даэр. — Хватило бы и двух бойцов, чтобы перерезать весь этот скот.

Нимиэль обняла себя за плечи и тихо заплакала.

— Эй, — Даэр мигом преодолела разделявшее нас расстояние. — Ну-ка прекрати! Ты же Aen Seidhe, мать твою. И ты жива, ребенок жив, все нормально! Слышишь?
 
Она легонько встряхнула девушку за плечи и ее глаза вдруг округлились.

— Постой… Его отец?

— Н-нет… нет… — Нимиэль затрясла головой. — Его не было с нами…

— Вот видишь? Нормально все у тебя будет. И мы своих не бросаем…

— Хорошо, что не бросаете, — рискнула влезть я. — Мне помощь нужна.

— Какая помощь? — Иорвет неожиданно послушно шагнул ко мне.
 
Я согнулась над лежащим передо мной эльфом и подняла его слипшиеся от крови волосы.

— Уши отрезали. Он жив, но может начаться заражение, черт знает, в чем там у них были вымазаны кинжалы. Рана на затылке от камня, вот он лежит рядом, а эти надо лучше обработать. Прижечь.
 
На скулах Иорвета заходили желваки.

— Что тебе для этого нужно?

— На стоянке лесников был костер?

— Да.

— Даже два, — подал голос один из скоя'таэлей.

— Нужно отнести его туда, дальше уже там скажу.

Иорвет лишь коротко кивнул.

***

Пройти через заросли, как прежде, теперь не представлялось возможным. Теперь восемь эльфов тащили на себе к бывшей стоянке лесников тела четырех собратьев. Единственного выжившего, чтобы до конца обработать раны. Трем другим, которым не так повезло, было решено устроить погребальный костер вместе с тремя уже находившимися на стоянке трупами. Обойдя кусты, мы двинулись в нужную сторону. Минут через пять ходьбы впереди показались два силуэта. Оба низкие, но один щуплый и тонкий, а второй, напротив, коренастый, как бочонок.

Когда до них оставалось уже метров пятнадцать, Одо приветственно помахал здоровенной ручищей, но, заметив ношу товарищей по отряду, тут же сник. Арвин тоже заметил, и едва не подпрыгнул, силясь рассмотреть одно единственное лицо. Я запоздало спохватилась. Он не должен, не должен видеть изуродованные тела, среди которых вероятнее всего его отец…

— Ada! — взвизгнул мальчик, подлетев к нам. — Ada!
 
Я бросилась к нему, перехватив прежде, чем он упал под ноги Иорвету и помогавшему ему стриженному эльфу.

— Ada… — прорыдал эльфеныш.

— Арвин! — я прижала его к себе. — Он жив, Арвин, я ему помогу.

— Ada, — вместо ответа прошептал он, повиснув в моих руках.

***

— Даэр, можешь на время увести отсюда Ним и Арвина?

— Как ты раскомандовалась-то, медичка, — хмыкнула эльфка. — Ребенок, беременная, пошли!
 
Я с благодарностью кивнула ей вслед, поймав последний жалобный взгляд эльфеныша.

— Иорвет, — я окончательно почувствовала пробудившийся во мне дух командира. — Дай кинжал.

Видимо, я в этот момент выглядела чертовски крутой и уверенной в собственных силах, потому что без каких-либо вопросов получила оружие.

— Спасибо.
 
Я выдохнула и, украдкой вытерев вспотевшие ладони, крепко сжала рукоять.

— Будет больно. Очень больно. Он будет вырываться, поэтому нужно будет его подержать.

— Itilgail, — Иорвет повернулся к стриженному эльфу, стоявшему к нему ближе всех остальных готовящих погребальный костер. — Resta me.
 
Тот кивнул и приблизился к лежащему на земле мужчине.
 
Мы устроились рядом с еще пылающим костром. Пытаясь унять дрожь в руках, я присела около него, сунув в огонь конец лезвия. Прошло несколько мучительно долгих минут, прежде, чем он покраснел, накалившись. Изо всех сил сжимая оружие в потной ладони, я склонилась над раненным.

— Держите голову, — шепнула я прежде, чем установившуюся тишину нарушил нечеловеческий крик боли.
 
Я отдернула руку, с ужасом глядя на пузырящуюся обожженную кожу. Эльф все еще кричал. Кричал и метался. Я выронила клинок и изо всех сил зажала уши руками и зажмурила глаза. Кажется, я тоже кричала.

Меня потрясли.

— Гвен, чтоб тебя! Ты женщина, но я ударю тебя, если не успокоишься!
 
Я испуганно уставилась в единственный глаз предводителя скоя'таэлей. Кажется, я все еще не упала лишь потому, что он крепко сжимал мои плечи.

— Прости… — неожиданно шепнула я.

Иорвет явно не ожидал подобной реакции.

— Прижги вторую рану, и будешь свободна.
 
Я послушно кивнула, и он все же выпустил меня.

Дальше все было словно в тумане. Я вздрогнула и очнулась лишь когда снова услышала жуткий вопль, заставляющий содрогнуться всем телом.
 
А потом все прекратилось, когда эльф вновь потерял сознание.

— Это ничего, Mordice, — нарушил наступившую тишину стриженный. — Бабы когда рожают почище орут, я-то сестру свою слышал. Ну вы и сами потом узнаете…
 
Я кивнула, не до конца осознавая смысл сказанного.

***

В запасах у лесников обнаружилось масло. Черт знает, как они его использовали, но для того, чтобы огонь почти мгновенно охватил шесть тел и кучу хвороста, которым их переложили, оно подошло идеально. Оранжевые язычки заплясали по всему кострищу прежде, чем устремиться вверх, скрывая за собой трупы. Все стояли молча и, кажется, только я одна зажала нос. Вынести заполнивший поляну запах жаренного мяса было выше моих сил.

Костер обложили камнями, чтобы огонь не смог перекинуться на траву, а потом и на деревья, так что мы могли бы уйти отсюда не беспокоясь о последствиях. Но никто не уходил.
 
Не в силах больше выносить вида горящих тел, я посмотрела в сторону. Справа от меня, поджав тонкие губы, стояла Даэр. Кажется, она даже не моргала.
 
Я вновь повернулась к костру и только тут меня вдруг осенило подозрение.

— Даэр.

Услышавшая мой шепот эльфка едва заметно вздрогнула и повернулась.

— Чего тебе, медичка?

— В костре шесть тел, все убитые эльфы. А лесники? Я их нигде не вижу…

— Еще бы мы хоронили этот скот, — она блеснула рядом мелких белоснежных зубов. — Вон там, видишь заросли?

— Вижу.

— Вот за ними футах в двадцати обрыв. Ищи сородичей там, если хочешь.

— Ты меня оскорбляешь, я не признаю своей принадлежности к тому же виду, что и эти животные.

Эльфка пробежалась глазами по моему лицу и как-то понимающе кивнула.


***

Возвращались назад мы тоже в тишине. Так и не пришедшего в себя отца Арвина тащили на импровизированных носилках из чьего-то плаща. Само собой, скорости это не прибавляло. Как и Ним, по ее собственным словам находившаяся почти что на восьмом месяце. Идти по неровным лесным тропинкам ей было тяжело, так что несколько раз приходилось устраивать недолгие привалы. Впрочем, для чистокровной эльфки, носящей в себе столь же чистокровного ребенка, все присутствующие сэидхе были вполне готовы потерпеть. Кроме по натуре своей нетерпеливой Даэр.

— Ну полмили до города… Я есть хочу… Давай я тебя понесу, а?

— Даэр, отстань от нее.

Эльфка возмущенно поджала тонкие губы, но приказа командира послушалась.

— A d’yeabl aep arse, — сообщила она и скрылась в каких-то кустах. — Пойду ягод поищу.

Иорвет проводил ее взглядом и подошел к остальным членам отряда и что-то им сказал. Получив несколько утвердительных кивков, он подошел к стоящему неподалеку от меня Арвину.

— Мои люди отнесут твоего отца в город, — тихо сообщил эльф. — Пойдешь с ними?

Мальчик быстро закивал, и у меня сердце сжалось от жалости. Наверно, мне стоило уже сказать ему что-то утешающее, но проблема была в том, что я понятия не имела, что можно сказать в таких ситуациях. Да и нужно ли вообще что-то говорить? Хотелось бы мне, чтобы кто-то лез ко мне, случись что-то с моим отцом?
 
Я вздрогнула. А что, если уже случилось? Со всеми этими калейдоскопом сменяющими друг друга событиями я совсем забылась. Пробуждение в лесу, угон барки, Мгла, открытие способностей, принц-отравитель, подмастерье, убивший своего учителя, дворяне-заговорщики… Где уж мне во всем этом вспомнить о «жизни до»? А ведь я и правда ничего не знаю. В этом мире прошла пара недель. Может, чуть больше. А в моем мире? Сколько лет пройдет в моем мире, когда я вернусь туда? И… И вернусь ли вообще когда-нибудь?
 
Я остановилась на месте. Кажется, задумавшись, я умудрилась отойти от остальных на довольно приличное расстояние. Я тряхнула волосами и развернулась с твердым намерением пойти обратно, когда до меня вдруг донесся слабый голос.

— Гвиневра…

Испуганно обернувшись, я посмотрела в сторону, откуда, как мне показалось, шел голос.

— Гвиневра… — вновь прошелестел невидимка.
 
Я попятилась назад.

— Кто здесь? — собственный голос звучал тихо и жалобно.

— Гвиневра…

Кажется, на мой вопрос совершенно не собирались отвечать. А сам голос отчего-то прозвучал уже с другой стороны. Я вновь повернулась.

— Кто ты?

— Гвиневра, — прозвучало уже звонче и я вдруг поняла, почему не могла понять, откуда идет звук.

Голос раздавался прямо в моей голове.

— Иди ко мне, Гвиневра…
 
Все тело мгновенно покрылось липким холодным потом. Я хотела повернуться и убежать. Хотела. Очень хотела. Но не могла.

— Я жду тебя, дитя, — вновь прошелестел голос. — Давно жду тебя…

Ноги, против моей воли, вдруг понесли меня куда-то. Я хотела закричать, но горло словно сдавило невидимыми тисками. Вместо крика вырвался лишь хрип и едва слышный вопрос.

— Зачем?..

— Я жду тебя, — вновь повторил голос. — Приди же ко мне, Говорящая…

Больше не подчиняющиеся разуму ноги медленно несли меня в неизвестность. То, что я испытывала, даже нельзя было назвать страхом. Это был панический первобытный ужас. Мне казалось, что я слышала звук, с которым сердце истерично билось о ребра.

— Я не хочу… Не надо… — прошептала я одними губами.

Среди кривых стволов больше не раздавалось ни одного звука. Ни пения птиц, ни шелеста листьев на ветру. Ничего. Только голос в моей голове, словно мантру твердящий «Иди ко мне, Гвиневра».

Происходящее сильно напоминало какой-то глупый фильм ужасов. Наткнись я на такой смотря телевизор — тут же переключила бы канал. Только вот здесь и сейчас такой возможности не было, и я шла, словно загипнотизированная звуками флейты крыса из старой детской сказки.

«Пусть это прекратится, пусть я сейчас проснусь!» пронеслось в голове.

— Уже близко, милое дитя, — промурлыкал голос. — Ты уже совсем близко. Иди же ко мне, скорее иди…

— Что тебе нужно? — каждое слово давалось мне с трудом.

Голос замолк на несколько секунд и шумно выдохнул:

— Ты.

Кажется, даже крохотные волоски на моих руках в этот момент встали дыбом. Из последних сил я попыталась вырваться из невидимой сети, заставляющей меня упорно идти вперед. Но все тщетно.

— Еще немного…
 
Я закричала. Истерично и громко. Наверно, этим криком можно было бы разбудить парочку мертвецов.

Какое-то резкое движение сбоку и я вдруг оказалась на земле.

— Нет, нет! — я сильно ударилась при падении, но, не обращая на боль никакого внимания, затрясла головой, пытаясь изгнать из головы отвратительный нечеловеческий голос без каких-либо интонаций.

— Да очнись же ты!
 
На мое лицо брызнуло что-то холодное и мокрое. Глубоко вдохнув я широко распахнула зажмуренные глаза.

— Иорвет… — прошептала я, дрожащими пальцами коснувшись здоровой половины лица нависшего надо мной эльфа.

— Сумасшедшая, — тихо ответил он, отодвигая мою руку в сторону.

— Уведи меня. Уведи отсюда, — я часто заморгала, пытаясь сдержать рвущиеся наружу слезы ужаса.

— Так отпусти меня.

Только сейчас я поняла, что остервенело цепляюсь за его плечи, как утопающий за спасательный круг. Я разжала пальцы и он поднялся на ноги, следом рывком подняв за руку и меня.

— Что ты здесь забыла? Краснолюдские катакомбы осмотреть захотелось?

— Ката… Катакомбы?
 
Я оглянулась через плечо и с ужасом уставилась на находящийся метрах в двадцати от нас вход в, пожалуй, самую жуткую для меня локацию Вергена.
 
Мое тело забилось крупной дрожью, а слова полились бессвязным потоком.

— Я услышала его… Услышала голос… Прямо в моей голове. Он звал меня… Я не хотела… Не хотела идти, но… Но шла… Он как будто контролировал меня… Вел сюда… Вел в… В… В эти катакомбы… Я не знаю, что это… Зачем… Я так испугалась… И тут ты… Ты… Я… Я люблю тебя.
 
Я испуганно замолчала, прижав ладонь ко рту.

Единственный глаз эльфа округлился, но он почти мгновенно вернул контроль над собой и отвернулся.

— Иди за мной.
 
Я опустила голову и поплелась следом. Таинственный голос уже не так пугал, я чувствовала себя в безопасности, когда впереди шел Иорвет, но как же я могла это сказать?..
 
Мы шли молча и долго. Тогда, на ходу пытаясь сопротивляться влекущей меня силе, я и не заметила, как преодолела это расстояние.

— Иорвет, — я все же решилась заговорить. — Как ты меня нашел?

— Даэр, — не оборачиваясь ответил он. — Заметила, как ты шла куда-то. Пыталась тебя позвать, но ты не обратила на нее внимания. Тогда она побежала ко мне.

— Надо ее поблагодарить…

— Обойдется, — отрезал он.
 
Я растерянно посмотрела ему в спину. Да что между ними такое? Неужели… Нет, не хочу об этом думать.
 
В траве неподалеку вдруг что-то шевельнулось. Я испуганно пискнула и вновь вцепилась пальцами в плечо скоя'таэля. Он опустил руку на рукоять одного из мечей и повернулся в нужную сторону, пристально глядя вниз. Но тут же убрал руку с оружия и уверенно пошел вперед.

— Aras, — бросил он.
 
Я поспешила за ним, опасаясь отдаляться. Из травы на нас большими и очень несчастными карими глазами уставился маленький олененок. У меня сердце сжалось, когда я опустила глаза чуть ниже и увидела то, что не позволяло ему убежать. Уродливые стальные зубцы капкана плотно впились в тонкую переднюю ногу. Я присела перед ним и осторожно прощупала конечность. Зверенок задрожал, но отстраниться не сумел. Так и есть, кость раздроблена. Но я же почти дипломированный ветеринар…

— Можешь разжать капкан? — я повернулась к эльфу, избегая встречаться с ним взглядом.

— Зачем?

— Я ему помогу.

— У него раздроблена кость, чем ты ему поможешь?

— Ну пожалуйста!

Иорвет вздохнул и присел рядом. Затянутая в кожаную перчатку рука скользнула по маленькой голове с крохотными намечающимися рожками. Вторая рука присоединилась к первой, плавно оглаживая морду. Олененок дернул ушами. Я слегка недоуменно следила за движениями эльфа, пока он вдруг не сжал голову и не провернул ее в сторону с отвратительным хрустом.

— Что… — я растеряно заморгала, глядя на безвольно опустившуюся на свернутой шее голову. — Что ты сделал?

— Ты бы ему ничем не помогла, — холодно ответил эльф, поднимаясь на ноги. — Хромого оленя поймает и съест первый же встречный волк, так зачем стараться? Это естественный отбор.

— Ты убил его, — прошептала я, поднимая на него глаза. — Ты убил Бэмби…

— Не сходи с ума. От мертвого больше пользы.

— Ты жестокий. Жестокий и…

— О, так теперь ты меня вдруг разлюбила? — прошипел Иорвет.
 
Я замерла. А потом резко поднялась на ноги и пошла на слабый звук голосов оставшихся на поляне эльфов.

***

Перед самыми воротами нас встретил слегка смущенный Арвин.

— Чего не с отцом? — тут же вместо приветствия поинтересовалась Даэр.

— Мне сказали, что я там мешаюсь. Но ner's сказал, что с ним все будет хорошо. И я решил вас встретить.

— Нам приятно, — я мило улыбнулась.

— Гвен, — он шагнул в мою сторону. — Это тебе.

— Очень красивый. Наденешь?
 
Я слегка наклонилась вперед, чтобы эльфенок водрузил мне на голову венок.

— Спасибо.

— Угу… Ну я пойду.
 
Я растеряно проводила его взглядом и обернулась. Оказывается, перед воротами нас осталось уже пятеро: я, Иорвет, Одо, Ним и Даэр. Последняя присвистнула и хихикнула.

— Прямо Дева полей. Слушай, Иорвет, а мне нравится эта d'hoine, — я недоумевающе уставилась на нее, пытаясь понять, к чему это было сказано. — И вы же с Саскией за равенство рас и все такое. Может приударишь за медичкой? А то мелкий вон уже подсуетился, венок притащил. Уведет еще из под носа, а она смотри какая хорошенькая.

Иорвет округлившимся глазом посмотрел сначала на нее, потом на меня, а затем вновь на нее.

— Иди к черту, — наконец быстро выдал он и, хлопнув деревянной дверью, скрылся в городе.

— Гляди-ка, обиделся, — удивилась эльфка и повернулась ко мне. — Вот ведь черт… Хотела сказать тебе «чего смотришь, будто духа увидала?», но потом вспомнила, что ты из Говорящих. Одо, там есть что-нибудь похожее по смыслу?

— Как баран на новые ворота, — неожиданно подсказала я.

— Точно!

— Подожди… Ты и Иорвет разве не… Ну ты понимаешь.

Эльфка недоумевающе подняла бровь, а краснолюд расхохотался.

— Я и Иорвет? С чего тебе это в голову пришло?

— Ну, когда вы собирались уходить из города ты так странно смотрела, когда мы перешептывались…
 
Одо вытер выступившие слезы.

— Не боись, Даэр конечно красотка, даже для тощей эльфки, но у тебя ни одного мужика в этом городе не уведет. Она это, ну, по девочкам.

— Да даже если бы и по мальчикам, — эльфка хмыкнула. — Иорвету бы ничего не перепало. А насчет утра… Ну бесит меня, когда всякие бабы на моего брата заглядываются, бесит. Да и вообще на обоих моих братьев. Но вот ты теперь мне нравишься. Больше, чем эта не в меру амбициозная Саския. Видали мы одну такую, поднимательницу восстаний. Аэлиренн звалась.

***

— И ты совсем не могла ему сопротивляться?

— Совсем, — я кивнула. — Ноги как будто вообще меня не слушались. А он звал и звал…

— Ужасно, представляю… И как ты справилась?

— Это не я. Иорвет меня догнал и перехватил. Ну и водой из фляги облил, чтобы в себя привести. А я была так рада его видеть, что случайно призналась ему в любви.

— Шутишь?! — как раз наполнявшая свою чашку Трисс едва не выронила из рук фарфоровый чайник. Но чай все же расплескала.

— Ты серьезно?! — Астрид, до того сидевшая перед камином и зачем-то совавшая нематериальную руку в язычки пламени, едва не подлетела.

— Так, ладно, — Трисс все же опустила чайник на стол. — Давай расскажешь до конца про тот голос и потом уже про Иорвета.

— Идет. Но там больше и говорить нечего. Он хотел завести меня в краснолюдские катакомбы.

— Катакомбы? В твою голову мог влезть и какой-нибудь достаточно сильный чародей, но зачем ему заманивать тебя в катакомбы?

— А другие варианты есть?

— Есть один, только не пугайся, ладно?

— Мне теперь не по себе. Но я попытаюсь.

— Мне в голову опять же приходит чародей, вот только… Давно умерший.
 
Я с трудом сглотнула.

— Душа мертвого чародея пыталась затащить меня в катакомбы?

— Без паники, завтра расскажешь Филиппе и мы с ней вдвоем разберемся.

— Ладно, я честно очень стараюсь не паниковать, но… Можно я сегодня буду спать у тебя?

— Можно, спи, кровать большая.

— Спасибо…
 
В дверь требовательно постучали.

— Кого там еще принесло? — проворчала Трисс, вставая из кресла и направляясь к входной двери.

Звякнули ключи и скрипнула входная дверь.

— Иорвет? — их передней послышался растерянный голос чародейки. — Что это? Зачем ты…

— Гвен дома? — перебил эльф.

— Ну д-да… Проходи…

Послышались шаги. Я заранее напряглась, все еще сидя в кресле. Но к тому, что произошло дальше, жизнь меня не готовила. Я так и осталась сидеть с отвисшей челюстью.

Вслед за эльфом в комнату вошла Трисс с круглыми, как плошки, глазами.

— К-какого черта? — ошарашенно выдохнула я.

— Ты хотела оленя, — спокойно напомнил Иорвет. — И я провел в лесу больше двух часов, но поймал тебе его. Держи.
 
Он невозмутимо опустил олененка на пол.

— Ты принес мне оленя? — на всякий случай уточнила я. Происходящее было очевидно, но слишком абсурдно.

— Как видишь.

Олененок замотал головой по сторонам, тщетно пытаясь понять, куда его занесло.

— А что мне с ним делать? — задала я первый пришедший в голову вопрос.

— Да что хочешь. Это теперь твой олень. Радуйся.
 
Я еще раз обвела комнату затуманенным взглядом, и моя ладонь медленно встретилась со лбом.

________
Прим. автора:

Aen Seidhe — эльф, эльфы
Beanna — женщина
D'yeabl — черт, дьявол
D'hoine — человек, люди
Ceadmil — здравствуй
Caelm, elder — успокойся, брат
Uhttid — низушек
A d’yeabl aep arse — к черту в задницу
Que'ss aen? — Что случилось?
Ziheal? Said le. — Слышите? Они рядом.
Yea — да Ziheal — слышу
Laitale Dana — хвала Деве
Ilqua mae — все хорошо
Te inne varnasse — ты в безопасности
Tancave — конечно
Hanta — спасибо
Ada — папа
Resta me — помоги мне Aras — олень
Ner's — лекарь




avatar

Отложить на потом

Система закладок настроена для зарегистрированных пользователей.


Друзья сайта
Fanfics.info - Фанфики на любой вкус